![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
a_jellyПредуведомление: тут я излагаю обстоятельства довольно спокойно, опуская многие (драматические) детали, но подозреваю, что многим непосредственным учаснегам событий они рисовались в гораздо более мрачном свете. Прочтение данного опуса может вызвать тахикардию и/или нанести душевную травму чувствительным натурам. Также в тексте могут встретиться непонятные термины. Не стесняйтесь спрашивать о них в комментариях.
Считается, что альпинизм родился 8 августа 1786 года, с восхождения Паккара и Бальмы на Монблан, а технический альпинизм (с применением средств типа веревок, крючьев и т.п.) - с восхождения Эдуарда Уимпера с компанией на Маттерхорн 14 июля 1865 года. Однако, недавно я узнал, что это не так. Во всяком случае, существует хорошо задокументированное восхождение 1492 года (год начала первой экспедиции Колумба) на гору Mont Aiguille. Причем, что интересно, это сразу же был "технический" альпинизм, т.к. восходители пользовались лестницами, веревками и крючьями. Забавен и тот факт, что восхождение было совершено по гос. заказу, что роднит французский альпинизм того времени с советским. В голове сразу возникла мысль - надо прикоснуться к истокам! Соблазнив Зену (королеву воинов) перспективой отличного восхождения на историческый монумент я начал готовиться к приключению.
Что же такое Mont Aiguille? Это отдельно стоящая вершина (Supereminet Invius!) в Веркорах, высотой 2087 метров. Согласно легенде, изначально она примыкала к другим вершинам массива, а на вершине жили нимфы. Однажды местный охотник на козлов попал на вершину, и увидел обнаженных нимф. Тем это конечно не понравилось, и они обратились за защитой к Зевсу. Громовержец не особо парился с проблемой а просто превратил охотника в горного козла (за попытку бесплатного просмотра эротики), а саму вершину отделил от основного массива, так что взойти на нее стало невозможно. Нимфы видимо остались довольны решением. Чего не скажешь об охотнике. Теперь конечно совсем другие времена. Нимфы давно поразбежались, ибо Зевс устал превращать досужих зевак в жывотных. А особо отмороженные перцы прыгают с вершины base:
Так или иначе, пользуясь последними теплыми деньками уходящего сентября, мы с Зеной (королевой воинов) решили подняться на вершину по какому-нибудь посильному маршруту. Выбор пал на La Tour des Gémeaux (Башня близнецов) - 6-ти веревочному маршруту с веревками сложности до 5с. План был такой - приезжаем в субботу вечером, ночуем в кемпинге, в воскресенье с утра начинаем лезть, и в тот же день спустившись разъезжаемся по домам. В принципе, при хорошей погоде и должном везении план был всем хорош, но жызнь как всегда внесла коррективы.
Собственно, первая часть прошла успешно. Мы приехали на ферму и заселились (точнее поставили палатки) в прекрасном (для осени) кемпинге Ferme du Pas de l'Aiguille, сходили в местный рэсторан Au Gai Soleil Du Mont-Aiguille (это была отдельная пестня), и заснули сном праведников. Утром позавтракав на общей кухне мы выдвинулись на восхождение почти по плану. Правда подъем к перевалу (550 долгих метров) и еще метров 50 к маршруту нас несколько вымотал. Но тем не менее, часам к 12 мы начали лезть.
Еще во время поисков маршрута мы встретили связку, тётушка из которой спросила, есть ли у нас крючья? Мы честно ответили что нет. Тётушка скептически оглядела нас, и отсоветовала нам лезть на башню, сказав что пробивка "très spacieux". Это меня насторожило. Camptocamp обещал уровень P1+ что в реальности может означать практически любую ботву. В данном случае это была именно она. Слегка подбешивает, что многие уши со шлямбуров свинчены. Не знаю точно, кто это делает, но подозреваю местных гидов, которые таким образом либо затрудняют самостоятельные восхождения остальным, либо пытаются поддерживать имидж "суровой горы для риального trad-а". Но, так или иначе мы начали лезть. Маршрут в принципе простой, но пробивка действительно очень хаотическая и неравномерная. Используются крючья самого разного типа. От тех, что видимо забили еще в 1492 году, до современных. Никогда не знаешь, как будет пробита очередная веревка.
Понятия об опасности тоже довольно странные. Это вообще общее место во французких маршрутах. Бывает, что вертикальная стенка с хорошими зацепками пробивается через два метра, и в тоже время, какой-нибудь жуткый траверс, который идется на чистом равновесии без видимых точек, будет иметь один ржавый крюк на 10 метров веревки. Примерно такую ситуацию мы наблюдали тут. Это, блин, называется reasonable-пробивка. Собственно, на всем маршруте есть пожалуй одно интересное место - длинная трещина, метров на 15, неплохо (хотя и разнородно) пробитая. Короче, моя рекомендация - берите на этот маршрут закладки и френды. Хотя все мы помним, что закладываться на известняке - первый шаг к резиновой женсчине.
Мы с Зиной лезли в общем неплохо. Я находил путь пользуясь своей интуицией, иногда сверяясь и с topo. Наибольшие сложности у меня вызвала четвертая (ключевая) веревка после грота с гномиками. Петли и шлямбура были слева, но описание говорило, что надо идти вправо. Набравшись храбрости и выглянув за угол я нашел таки очередной шлямбур. Вывешиваться над ним было очень страшно. После пары-тройки нелепых движений я вышел на траверс. Пройдя 10 метров до крюка крюка 15 века я прощелкнул веревку в него, а еще через несколько метров встегнулся в станцию с большим облегчением, и даже смог снять на траверсе Зину, уже подходившую к реле.
Зину сильно вымотали две последние веревки, но после того, как мы закончили наш шестиверевочный маршрут веселье только началось. Во-первых начался дождь. Погода с самого начала нас не баловала, но до этого с неба падали отдельные капли. А вот здесь прорвало по-настоящему. Во-первых, оказалось, что дальнейший путь до вершины нифига не очевиден, а спуск по пути подъема невозможен, т.к. станции для спуска не оборудованы. Во-вторых, горы начало заволакивать туманом, что не добавляло шансов найти спуск. В-третьих, у нас внезапно обнаружились "товарищи по несчастью". Группа из трех французов уже час плутала в районе вершины силясь найти спуск. Они криками пытались выяснить у нас куда дюльферять, еще когда мы лезли наверх.
Через три веревки совсем непростых огородов и приключений мы все же вышли на вершину. То тут то там бродили неприкаянные шамуаксы и горные козлы (видимо жертвы Зевса).
Плюс ко всему дул зверский ветер а в довершение праздника еще и пошел град. Местонахождение спуска по-прежнему было загадкой. На вершине мы встретились с группой французов-потеряшек. Мужичок и две тетушки в возрасте 40-50 лет. Они поднялись по Voie Normale и с трех часов искали спуск. От безнадежности ситуации они уже позвонили в службу спасения (112), которая переадресовала их к жандармам из PGHM (Peloton de Gendarmerie de Haute Montagne). Французы хотели, чтоб за ними прилетела крылатая машина, но жандармы вежливо отнекивались и советовали искать спуск. Мужик уже бывал здесь, и даже дюльферял вниз, но забыл где и как это было. Он собственно и позвал своих спутниц сюда, и теперь сильно паниковал (будучи в шортах я бы тоже паниковал неслабо (хотя мои лосины для лазанья тоже не особо грели)).
Все вместе мы решили укрыться в от града вперемешку с дождем в гроте, найденном Зиной. Там мы отсиживались некоторое время, обсуждая сложившуюся ситуацию. Часы показывали уже больше 17. До темноты оставалось 3 часа, а мы сидели на вершине без особых перспектив. У меня было словесное описание спуска, но в данном случае оно мало помогало. Тем не менее, чтоб не сидеть просто так, я решил пойти разведать варианты. Благо в отличии от Зины я захватил гортекс. Спустившись лазаньем метров на 20 от грота я вышел на тропу вокруг вершинной башни. Пройдя по ней метров 200 я обнаружил турик и подозрительную тропу вниз.
- Этот турик здесь неспроста! Шепнуло мне подсознание горного туриста.
Спустившись по сыпучей тропе еще метров на 30 я обнаружил таки станцию для дюльфера.
Сделав для верности фотку, я решил послать SMS-ку Зине, но напрямую она почему-то не проходила. Тогда я позвонил Аничке, и, о чудо - звонок прошел. Я сказал, что нашел спуск и попросил перезвонить Зине или послать ей SMS-ку. Идя по тропе в момент разговора я поскользнулся на грязюке, выронил телефон и заляпался грязью. К счастью, ничего не разбил. После разговора с Аничкой я двинулся обратно к группе. Иногда в просчетах черных туч мелькало солнце, и я делал фотки.
Когда я подошел к французам, они уже были оповещены Зиной, и готовы были идти вниз, но внезапно им позвонили из PGHM. Жандармы сказали, что геолокализовали их телефон, и могут вести их до начала спуска с вершины. Не то, чтобы эта новость меня порадовала, ведь я уже и так нашел спуск. Тем не менее, группа французов больше доверяла PGHM и решила переться наверх, к точке спуска. Я предложил Зине спускаться самостоятельно, но она сказала, что группа в легкой панике, так что лучше не разделяться и идти с ними. Мне не хотелось опять наверх, но я счел мысль Зины резонной, и поплелся за остальными. Отсюда я позвонил Аничке, и сообщил ей, что французы позвонили жандармам, и мы будем следовать их указаниям. В этот момент у Анички (и, как потом оказалось, у меня) отключился телефон. Жандармы довели нас до первого реле, и предложили дюльферять. Надо сказать, что на вершине нет никаких опознавательных знаков спуска. Вернее, они похоже были, но кто-то заботливо уничтожил их следы.
Спусковых колец тут тоже не было, и первый дюльфер мы сделали обернув веревку вокруг камня. Я не буду описывать в подробностях того, как мы спускались, но через полчаса все пятеро были на одну веревку ниже. Однако, следующая станция была непонятно где. Побегав вокруг я увидал под нами знакомую грязюку, в которую уронил телефон, и предложил спускаться вниз, к станции. Французы не особо нам верили, но вариантов все равно не оставалось. Даже когда я спустился к кольцам и встегнулся в них самострахом, они все еще не верили, что дюльфер будет здесь. В общем, потеряв не меньше получаса на поход на вершину и нелепый первый дюльфер, мы таки вышли к найденному мной ранее месту. Достигнув наконец консенсуса мы провесили мою семидесятиметровку и я уехал на дюльфере. Прокатившись метров 35 я очутился в кулуаре, из которого намечался выход. Тут я освободил веревку и пошел искать следующую станцию. Народ потихоньку дюльферял за мной.
К счастью, последние лучи заходящего солнца еще освещали гору, и за углом кулуара я обнаружил спусковое кольцо. Радостный, я вернулся ждать остальных к предыдущему дюльферу. За мной приехал мужичок с веревкой, а потом тётушка. Класс дюльфера у нее был не в пример выше. Она буквально летела вниз. Оказывается, она занималась каньонингом. Что-что, а техника спуска у них поставлена очень хорошо. Чтобы не терять времени, я послал двоих французов делать следующую станцию (благо веревки у них были), а сам продолжил ждать Зину. Между тем окончательно стемнело...
Наконец, приехала Зина и еще одна французская тётушка (кстати, самая адекватная и, пожалуй, опытная из всей группы). Все было хорошо, мы уже были готовы дюльферять, но тут снова вмешались указания жандармов. Оказывается, нужно было не идти вниз, а сначала подняться на пять метров вверх вправо, пройти 10 метров траверс до деревьев и дюльферять оттуда. Ок, наверное там тоже можно было сделать, но у нас-то уже была готова станция! Мы минут 10 пытались убедить всех, что если есть кольца - то это кому нибудь нужно. Я даже сходил наверх и вправо, и убедился, что станция там тоже есть, но она ничем не лучше нашей. Ничего не помогало, и было решено позвонить жандармам снова. Те подтвердили, что оба дюльфера приведут примерно в одно и тоже место, и мы наконец поехали вниз. Первой ушла тетушка-каньонер, но довольно долго висела на веревке не зная, где остановиться. Убедив таки доехать до низу, мы отправили за ней мужичка. Поскольку фонарик был только у меня, то я уходил со станции последним, светя остальным на перестежке и в начале спуска. Наконец, настала и моя очередь. С грехом пополам я съехал вниз.
Отсюда по описанию оставался последний дюльфер метров на 10. Пока французы бухтовали веревку, я со своей семидесяткой нашел последний спусковой шлямбур и сделал станцию из одной веревки. Её по-любому должно было хватить. Когда все собрались у новой станции, я уехал вниз. Вертикальный камин, дыра, небольшая ступенька и вот я на твердой земле. Освободив станцию я сразу пошел искать наш рюкзак, который мы оставили под маршрутом, надеясь, что тут проблем не будет. И действительно, рюкзак, хоть и мокрый, но целый, лежал там, где мы его оставили. Я припер его к дюльферу и стал ждать остальных. Благо, все уже почти спустились.
Продернув веревку мы быстренько упихали ее в рюкзак, сняли обвязки и пошли вниз. Ведь нужно было еще потерять 600 метров до машины. Было совсем темно, и только яркие звезды да мобильные телефоны освещали наш путь. Мой фонарик исправно работал. Зина позвонила Аничке, сказать, что все хорошо и мы спускаемся. Французы тоже кинули SMS в PGHM c сообщением, что они на земле. Аничка с Ромой выдвинулись нам на встречу (но тоже забыли взять фонарики). Спуск дался мне тяжело. Почему-то постоянно сводило правую ногу, то ли от холода, то ли от долгого висения в обвязке. Зато чем ниже мы спускались, тем становилось теплее. Я постоянно снимал с себя слои одежды. На тропу меж тем выползли большие черно-желтые саламандры. Важно перебирая лапами они двигались по каким-то ведомым только им саломандровым делам. Мы старались не наступить на них. Очень красивые жывотные.
Наконец, примерно через час спуска впереди замаячили силуэты. Это были Аничка с Ромой! Тут наконец все поверили в счастливое спасение. Мы довольно быстро дошли до машин, и подвезли французов до их парковки. Здесь мы тепло попрощались. Аничка дала им в дорогу хлеба с сыром, и мы расстались. В принципе, в понедельник все нужно было на работу. Мы бы могли вернуться домой, но Зина не была готова ехать в Клермон в полной темноте. Аничка, предвидя это сняла комнату в кемпинге еще на одну ночь. Так что мы решили поужинать и остаться до утра. Поужинав остатками макарон мы легли спать счастливые но уставшие.
P.S. Я должен сказать несколько слов о PGHM. Исходя из опыта общения с ними Анички, и косвенной информации от наших французов, там работают весьма квалифицированные люди, хорошо знающие вверенные им горы и разбирающиеся в психологии. Они давали адекватную информацию по маршруту, и как могли успокаивали панические настроения учаснегов. Внутри PGHM похоже имеется хорошо написанная информационная система, т.к. операторы смогли практически в online связать воедино запрос Анички и французов, которые собственно и подняли бучу. Плюс, старались держать в курсе событий всех заинтересованных лиц, а не окутывать процесс "спасения" завесой тайны. Пусть в данном конкретном случае, именно нам PGHM не сильно помогло, но в целом их вклад в безопасность в Альпах трудно переоценить.
Еще, как верно заметила Зина, траблы случились с французами потому, что у них не было внизу кульной группы поддержки, а у нас - была. Без помощи Анички и Ромы нам пришлось бы гораздо тяжелее. Спасибо, что они есть.
Считается, что альпинизм родился 8 августа 1786 года, с восхождения Паккара и Бальмы на Монблан, а технический альпинизм (с применением средств типа веревок, крючьев и т.п.) - с восхождения Эдуарда Уимпера с компанией на Маттерхорн 14 июля 1865 года. Однако, недавно я узнал, что это не так. Во всяком случае, существует хорошо задокументированное восхождение 1492 года (год начала первой экспедиции Колумба) на гору Mont Aiguille. Причем, что интересно, это сразу же был "технический" альпинизм, т.к. восходители пользовались лестницами, веревками и крючьями. Забавен и тот факт, что восхождение было совершено по гос. заказу, что роднит французский альпинизм того времени с советским. В голове сразу возникла мысль - надо прикоснуться к истокам! Соблазнив Зену (королеву воинов) перспективой отличного восхождения на историческый монумент я начал готовиться к приключению.
Что же такое Mont Aiguille? Это отдельно стоящая вершина (Supereminet Invius!) в Веркорах, высотой 2087 метров. Согласно легенде, изначально она примыкала к другим вершинам массива, а на вершине жили нимфы. Однажды местный охотник на козлов попал на вершину, и увидел обнаженных нимф. Тем это конечно не понравилось, и они обратились за защитой к Зевсу. Громовержец не особо парился с проблемой а просто превратил охотника в горного козла (за попытку бесплатного просмотра эротики), а саму вершину отделил от основного массива, так что взойти на нее стало невозможно. Нимфы видимо остались довольны решением. Чего не скажешь об охотнике. Теперь конечно совсем другие времена. Нимфы давно поразбежались, ибо Зевс устал превращать досужих зевак в жывотных. А особо отмороженные перцы прыгают с вершины base:
Так или иначе, пользуясь последними теплыми деньками уходящего сентября, мы с Зеной (королевой воинов) решили подняться на вершину по какому-нибудь посильному маршруту. Выбор пал на La Tour des Gémeaux (Башня близнецов) - 6-ти веревочному маршруту с веревками сложности до 5с. План был такой - приезжаем в субботу вечером, ночуем в кемпинге, в воскресенье с утра начинаем лезть, и в тот же день спустившись разъезжаемся по домам. В принципе, при хорошей погоде и должном везении план был всем хорош, но жызнь как всегда внесла коррективы.
Собственно, первая часть прошла успешно. Мы приехали на ферму и заселились (точнее поставили палатки) в прекрасном (для осени) кемпинге Ferme du Pas de l'Aiguille, сходили в местный рэсторан Au Gai Soleil Du Mont-Aiguille (это была отдельная пестня), и заснули сном праведников. Утром позавтракав на общей кухне мы выдвинулись на восхождение почти по плану. Правда подъем к перевалу (550 долгих метров) и еще метров 50 к маршруту нас несколько вымотал. Но тем не менее, часам к 12 мы начали лезть.
Еще во время поисков маршрута мы встретили связку, тётушка из которой спросила, есть ли у нас крючья? Мы честно ответили что нет. Тётушка скептически оглядела нас, и отсоветовала нам лезть на башню, сказав что пробивка "très spacieux". Это меня насторожило. Camptocamp обещал уровень P1+ что в реальности может означать практически любую ботву. В данном случае это была именно она. Слегка подбешивает, что многие уши со шлямбуров свинчены. Не знаю точно, кто это делает, но подозреваю местных гидов, которые таким образом либо затрудняют самостоятельные восхождения остальным, либо пытаются поддерживать имидж "суровой горы для риального trad-а". Но, так или иначе мы начали лезть. Маршрут в принципе простой, но пробивка действительно очень хаотическая и неравномерная. Используются крючья самого разного типа. От тех, что видимо забили еще в 1492 году, до современных. Никогда не знаешь, как будет пробита очередная веревка.
Понятия об опасности тоже довольно странные. Это вообще общее место во французких маршрутах. Бывает, что вертикальная стенка с хорошими зацепками пробивается через два метра, и в тоже время, какой-нибудь жуткый траверс, который идется на чистом равновесии без видимых точек, будет иметь один ржавый крюк на 10 метров веревки. Примерно такую ситуацию мы наблюдали тут. Это, блин, называется reasonable-пробивка. Собственно, на всем маршруте есть пожалуй одно интересное место - длинная трещина, метров на 15, неплохо (хотя и разнородно) пробитая. Короче, моя рекомендация - берите на этот маршрут закладки и френды. Хотя все мы помним, что закладываться на известняке - первый шаг к резиновой женсчине.
Мы с Зиной лезли в общем неплохо. Я находил путь пользуясь своей интуицией, иногда сверяясь и с topo. Наибольшие сложности у меня вызвала четвертая (ключевая) веревка после грота с гномиками. Петли и шлямбура были слева, но описание говорило, что надо идти вправо. Набравшись храбрости и выглянув за угол я нашел таки очередной шлямбур. Вывешиваться над ним было очень страшно. После пары-тройки нелепых движений я вышел на траверс. Пройдя 10 метров до крюка крюка 15 века я прощелкнул веревку в него, а еще через несколько метров встегнулся в станцию с большим облегчением, и даже смог снять на траверсе Зину, уже подходившую к реле.
Зину сильно вымотали две последние веревки, но после того, как мы закончили наш шестиверевочный маршрут веселье только началось. Во-первых начался дождь. Погода с самого начала нас не баловала, но до этого с неба падали отдельные капли. А вот здесь прорвало по-настоящему. Во-первых, оказалось, что дальнейший путь до вершины нифига не очевиден, а спуск по пути подъема невозможен, т.к. станции для спуска не оборудованы. Во-вторых, горы начало заволакивать туманом, что не добавляло шансов найти спуск. В-третьих, у нас внезапно обнаружились "товарищи по несчастью". Группа из трех французов уже час плутала в районе вершины силясь найти спуск. Они криками пытались выяснить у нас куда дюльферять, еще когда мы лезли наверх.
Через три веревки совсем непростых огородов и приключений мы все же вышли на вершину. То тут то там бродили неприкаянные шамуаксы и горные козлы (видимо жертвы Зевса).
Плюс ко всему дул зверский ветер а в довершение праздника еще и пошел град. Местонахождение спуска по-прежнему было загадкой. На вершине мы встретились с группой французов-потеряшек. Мужичок и две тетушки в возрасте 40-50 лет. Они поднялись по Voie Normale и с трех часов искали спуск. От безнадежности ситуации они уже позвонили в службу спасения (112), которая переадресовала их к жандармам из PGHM (Peloton de Gendarmerie de Haute Montagne). Французы хотели, чтоб за ними прилетела крылатая машина, но жандармы вежливо отнекивались и советовали искать спуск. Мужик уже бывал здесь, и даже дюльферял вниз, но забыл где и как это было. Он собственно и позвал своих спутниц сюда, и теперь сильно паниковал (будучи в шортах я бы тоже паниковал неслабо (хотя мои лосины для лазанья тоже не особо грели)).
Все вместе мы решили укрыться в от града вперемешку с дождем в гроте, найденном Зиной. Там мы отсиживались некоторое время, обсуждая сложившуюся ситуацию. Часы показывали уже больше 17. До темноты оставалось 3 часа, а мы сидели на вершине без особых перспектив. У меня было словесное описание спуска, но в данном случае оно мало помогало. Тем не менее, чтоб не сидеть просто так, я решил пойти разведать варианты. Благо в отличии от Зины я захватил гортекс. Спустившись лазаньем метров на 20 от грота я вышел на тропу вокруг вершинной башни. Пройдя по ней метров 200 я обнаружил турик и подозрительную тропу вниз.
- Этот турик здесь неспроста! Шепнуло мне подсознание горного туриста.
Спустившись по сыпучей тропе еще метров на 30 я обнаружил таки станцию для дюльфера.
Сделав для верности фотку, я решил послать SMS-ку Зине, но напрямую она почему-то не проходила. Тогда я позвонил Аничке, и, о чудо - звонок прошел. Я сказал, что нашел спуск и попросил перезвонить Зине или послать ей SMS-ку. Идя по тропе в момент разговора я поскользнулся на грязюке, выронил телефон и заляпался грязью. К счастью, ничего не разбил. После разговора с Аничкой я двинулся обратно к группе. Иногда в просчетах черных туч мелькало солнце, и я делал фотки.
Когда я подошел к французам, они уже были оповещены Зиной, и готовы были идти вниз, но внезапно им позвонили из PGHM. Жандармы сказали, что геолокализовали их телефон, и могут вести их до начала спуска с вершины. Не то, чтобы эта новость меня порадовала, ведь я уже и так нашел спуск. Тем не менее, группа французов больше доверяла PGHM и решила переться наверх, к точке спуска. Я предложил Зине спускаться самостоятельно, но она сказала, что группа в легкой панике, так что лучше не разделяться и идти с ними. Мне не хотелось опять наверх, но я счел мысль Зины резонной, и поплелся за остальными. Отсюда я позвонил Аничке, и сообщил ей, что французы позвонили жандармам, и мы будем следовать их указаниям. В этот момент у Анички (и, как потом оказалось, у меня) отключился телефон. Жандармы довели нас до первого реле, и предложили дюльферять. Надо сказать, что на вершине нет никаких опознавательных знаков спуска. Вернее, они похоже были, но кто-то заботливо уничтожил их следы.
Спусковых колец тут тоже не было, и первый дюльфер мы сделали обернув веревку вокруг камня. Я не буду описывать в подробностях того, как мы спускались, но через полчаса все пятеро были на одну веревку ниже. Однако, следующая станция была непонятно где. Побегав вокруг я увидал под нами знакомую грязюку, в которую уронил телефон, и предложил спускаться вниз, к станции. Французы не особо нам верили, но вариантов все равно не оставалось. Даже когда я спустился к кольцам и встегнулся в них самострахом, они все еще не верили, что дюльфер будет здесь. В общем, потеряв не меньше получаса на поход на вершину и нелепый первый дюльфер, мы таки вышли к найденному мной ранее месту. Достигнув наконец консенсуса мы провесили мою семидесятиметровку и я уехал на дюльфере. Прокатившись метров 35 я очутился в кулуаре, из которого намечался выход. Тут я освободил веревку и пошел искать следующую станцию. Народ потихоньку дюльферял за мной.
К счастью, последние лучи заходящего солнца еще освещали гору, и за углом кулуара я обнаружил спусковое кольцо. Радостный, я вернулся ждать остальных к предыдущему дюльферу. За мной приехал мужичок с веревкой, а потом тётушка. Класс дюльфера у нее был не в пример выше. Она буквально летела вниз. Оказывается, она занималась каньонингом. Что-что, а техника спуска у них поставлена очень хорошо. Чтобы не терять времени, я послал двоих французов делать следующую станцию (благо веревки у них были), а сам продолжил ждать Зину. Между тем окончательно стемнело...
Наконец, приехала Зина и еще одна французская тётушка (кстати, самая адекватная и, пожалуй, опытная из всей группы). Все было хорошо, мы уже были готовы дюльферять, но тут снова вмешались указания жандармов. Оказывается, нужно было не идти вниз, а сначала подняться на пять метров вверх вправо, пройти 10 метров траверс до деревьев и дюльферять оттуда. Ок, наверное там тоже можно было сделать, но у нас-то уже была готова станция! Мы минут 10 пытались убедить всех, что если есть кольца - то это кому нибудь нужно. Я даже сходил наверх и вправо, и убедился, что станция там тоже есть, но она ничем не лучше нашей. Ничего не помогало, и было решено позвонить жандармам снова. Те подтвердили, что оба дюльфера приведут примерно в одно и тоже место, и мы наконец поехали вниз. Первой ушла тетушка-каньонер, но довольно долго висела на веревке не зная, где остановиться. Убедив таки доехать до низу, мы отправили за ней мужичка. Поскольку фонарик был только у меня, то я уходил со станции последним, светя остальным на перестежке и в начале спуска. Наконец, настала и моя очередь. С грехом пополам я съехал вниз.
Отсюда по описанию оставался последний дюльфер метров на 10. Пока французы бухтовали веревку, я со своей семидесяткой нашел последний спусковой шлямбур и сделал станцию из одной веревки. Её по-любому должно было хватить. Когда все собрались у новой станции, я уехал вниз. Вертикальный камин, дыра, небольшая ступенька и вот я на твердой земле. Освободив станцию я сразу пошел искать наш рюкзак, который мы оставили под маршрутом, надеясь, что тут проблем не будет. И действительно, рюкзак, хоть и мокрый, но целый, лежал там, где мы его оставили. Я припер его к дюльферу и стал ждать остальных. Благо, все уже почти спустились.
Продернув веревку мы быстренько упихали ее в рюкзак, сняли обвязки и пошли вниз. Ведь нужно было еще потерять 600 метров до машины. Было совсем темно, и только яркие звезды да мобильные телефоны освещали наш путь. Мой фонарик исправно работал. Зина позвонила Аничке, сказать, что все хорошо и мы спускаемся. Французы тоже кинули SMS в PGHM c сообщением, что они на земле. Аничка с Ромой выдвинулись нам на встречу (но тоже забыли взять фонарики). Спуск дался мне тяжело. Почему-то постоянно сводило правую ногу, то ли от холода, то ли от долгого висения в обвязке. Зато чем ниже мы спускались, тем становилось теплее. Я постоянно снимал с себя слои одежды. На тропу меж тем выползли большие черно-желтые саламандры. Важно перебирая лапами они двигались по каким-то ведомым только им саломандровым делам. Мы старались не наступить на них. Очень красивые жывотные.
Наконец, примерно через час спуска впереди замаячили силуэты. Это были Аничка с Ромой! Тут наконец все поверили в счастливое спасение. Мы довольно быстро дошли до машин, и подвезли французов до их парковки. Здесь мы тепло попрощались. Аничка дала им в дорогу хлеба с сыром, и мы расстались. В принципе, в понедельник все нужно было на работу. Мы бы могли вернуться домой, но Зина не была готова ехать в Клермон в полной темноте. Аничка, предвидя это сняла комнату в кемпинге еще на одну ночь. Так что мы решили поужинать и остаться до утра. Поужинав остатками макарон мы легли спать счастливые но уставшие.
P.S. Я должен сказать несколько слов о PGHM. Исходя из опыта общения с ними Анички, и косвенной информации от наших французов, там работают весьма квалифицированные люди, хорошо знающие вверенные им горы и разбирающиеся в психологии. Они давали адекватную информацию по маршруту, и как могли успокаивали панические настроения учаснегов. Внутри PGHM похоже имеется хорошо написанная информационная система, т.к. операторы смогли практически в online связать воедино запрос Анички и французов, которые собственно и подняли бучу. Плюс, старались держать в курсе событий всех заинтересованных лиц, а не окутывать процесс "спасения" завесой тайны. Пусть в данном конкретном случае, именно нам PGHM не сильно помогло, но в целом их вклад в безопасность в Альпах трудно переоценить.
Еще, как верно заметила Зина, траблы случились с французами потому, что у них не было внизу кульной группы поддержки, а у нас - была. Без помощи Анички и Ромы нам пришлось бы гораздо тяжелее. Спасибо, что они есть.